450

Русские в Молдове


Русские в Молдове? Их там давно уже нет.


Не мышонок, не лягушка...

Не военный, и не штатский,
Просто серенький фурштадский
Не мужчина, и не баба,
Просто серенькая жаба...

Эпиграмма Дениса Давыдова

Много опечалились оттого бедные невольники, ибо знали, что
если свой продаст веру и пристанет к угнетателям, то тяжелей
и горше быть под его рукой, чем под всяким другим нехристом.
Так и сбылось.

Н.В.Гоголь Тарас Бульба

Ряженые

"Русских в Молдове проживает больше чем в Приднестровье!" - эта фраза давно
стала одним из самых общих мест кишиневской пропаганды. На нее, как на
стержень, год за годом и нанизывают рассуждения о необходимости "объединения
страны", о том, что "унионисты - это меньшинство", а большая часть населения
Молдовы "ориентирована на Россию". Официальная политика Кишинева может
выписывать немыслимые зигзаги, от борьбы с НАТОвскими танками, пытающимися
прорваться "под Брянск" до прямых обвинений в адрес России, требований о
немедленном выводе "оккупационной 14-й армии" и попыток конфискации российской
собственности. Но все эти маневры неизменно будут идти на фоне "пророссийского
настроя большинства населения Молдовы". И даже если вдруг, по причине очередного
политического сальто, тема "пророссийского настроя" в официальных кишиневских
СМИ будет не вполне уместна, ее тут же подхватят полуофициальные издания -
формально вроде бы и частные, но плотно опекаемые с самого верха... Под
этот "пророссийский настрой", как таракан под плинтус, и спрячется молдавское
руководство, едва лишь в Кремле чуть сильнее нахмурят брови.

Но "молчаливое пророссийское большинство", якобы делающее погоду в Молдове,
обладает одним весьма странным свойством - абсолютной невидимостью. Русских,
ни по гражданству, ни по духу, в Молдове давно уже не видно и не слышно.
Неясная общность, говорящая на очень плохом русском языке, предпочитает с
деликатным птичьим присвистом именовать себя "русскоязычными" или "русофонами",
ненавязчиво претендуя тем самым на некую универсальность, и невольно воскрешая
в памяти полузабытую фразу "тут нет репята, Васе Велисество, тут одни капитана".

Давайте же попробуем изучить обычаи этого таинственного племени. Поскольку наше
исследование будет, в общем-то носить сугубо прикладной характер, то нас, в
частности, будет интересовать его отношение к России и к Приднестровью. Начнем
же мы с выяснения двух вопросов: во-первых, можно ли считать "русофонов" - русскими,
хотя бы отчасти, например, культурно, по духу или как-нибудь еще, а во-вторых,
являются ли они реальной политической силой. Не обязательно даже большинством,
как это утверждают кишиневские пропагандисты, а просто хоть какой-нибудь силой,
значимой в Молдове. И для начала послушаем, что говорит на сей счет председатель
Координационного Совета Русских общин Приднестровья Виктор Михайлович Арестов:

"Ни россиян, ни русских в правобережной Молдове я не наблюдаю - ни по каким
признакам. Взять хотя бы активность на российских выборах. В Приднестровье
в выборах президента России приняло участие около 30 тыс. человек. В Молдове
- чуть больше тысячи.

Конечно, голосуют не все. Официальных данных о численности граждан посольство
России не дает, но в приватных беседах нам сообщали, что в Приднестровье проживают
порядка 80 000 граждан России и еще порядка 150 000 человек желают получить российское
гражданство. О насыщении гражданами России русских общин и об очередях за гражданством
я знаю не понаслышке. Проецируем все это на Молдову и делаем выводы. И вывод будет
вполне однозначным - ни русских, ни россиян в Молдове уже нет.

Действительно, граждане России в бессарабских общинах встречаются скорее как
исключение. Особого стремления обрести российское гражданство там, насколько
я вижу, тоже нет. В ходу нейтральное и ни к чему не обязывающее словечко
"соотечественники". Те, кто хотел получить гражданство и уехать из Молдовы,
в массе своей, уже уехали. Остальные приспособились к существующей ситуации.

Ни о какой активной борьбе за права русских, или "русскоязычных", как они
предпочитают говорить о себе, нет и речи. На всех международных встречах
лидеры русских общин говорят только о том, как им хорошо живется. Лично я
впервые столкнулся с этим год назад, участвуя в конференции общин Украины,
Белоруссии и Молдовы . Старшим в кишиневской делегации был М.И.Сидоров,
депутат молдавского парламента. Содокладчиком - Л.А.Лащенова (председатель
правления Конгресса русских общин Молдовы - ред.). Оба пели хвалу действующей
в Кишиневе власти."

Прервав на митуту рассказ Арестова отметим, что подобное поведение русских
общин Молдовы отличало их всегда. По сути, эти общины с самого начала содержались
под государственной "крышей", и, в значительной степени, за государственный
счет, являя собой кормушку для ограниченного круга функционеров. Немногочисленные
исключения - те, для кого "права русских" не были одной только фигурой речи,
последовательно вытеснялись, как из общин, так и из страны. Но вернемся
к рассказу Арестова:

"Русские общины Молдовы позиционируют себя как культурные сообщества. Мол,
мы политикой не занимаемся, нам ближе вопросы культуры и языка. Однако проблемы
русского языкв с концы 80-х годов прошлого века являются в Молдове одними
из самых политизированных. Как же русские общины Молдовы ухитряются заниматься
ими, оставаясь "вне политики"?

В общем-то, никак. Будем говорить прямо - они эти проблемы не решают. Положение
с преподаванием русского языка в Молдове совершенно аналогично тому, что мы
наблюдаем в Прибалтике. Но если прибалтийские русские активно протестуют, то
лидеры общин из Молдовы говорят что у них все хорошо!

Между тем, достаточно послушать русскую речь на улицах молдавских городов,
чтобы понять: знание русского языка сходит там на нет. О том, чтобы русский
язык и литература преподавались в Молдове по российским программам давно уже
нет и речи. Обучение школьников русскому языку происходит по местным, изданным
в Молдове, "адаптированным" учебникам, качество которых легко можно себе
представить... Большую часть учебников, которые в виде помощи приходят из
России, там и не думают использовать, а просто складируют, до полного их
устаревания и окаменения. Между тем, отчасти по инерции, отчасти в результате
прямой вредительской деятельности, которую Кишинев ведет по принципу "главное,
чтобы ничего не досталось сепаратистам", львиная доля российской помощи идет
именно в правобережье - туда, где она, собственно говоря, никому не нужна.
Словом, с изучением русского языка и литературы в Молдове полный крах. Об
изучении российской истории, естественно, никто и подавно не слышал. Зато
история румын изучается неукоснительно...

Все это почти не вызывает протестов со стороны русских общин. Я говорю "почти",
потому что некоторая имитация деятельности там все же идет. Время от времени
собираются в узком кругу какие-то люди, непонятно кого представляющие, и что-то
там обсуждают между собой - мол, надо бы изучение русского языка улучшить,
расширить и т.п... Поговорив, расходятся, и все остается по-прежнему. Учебники
русского языка пылятся грудами без использования. Зато г-н Сидоров, выступая
на уже упомянутом форуме, на полном серьезе говорил о настоящем всплеске интереса
к русскому языку в Молдове. Мол, у них там все настолько хорошо, что уже и молдаване
валом валят в русские школы. Допускаю, что какие-то единичные случаи такого рода
есть, но общий вектор бессарабских молдаван направлен в Румынию, это очевидно
любому непредвзятому наблюдателю.

Нежелание заниматься политикой тоже носит в общинах Молдовы весьма и весьма
избирательный характер. К примеру, когда унионисты устраивали шабаши перед
посольством России, жгли российские флаги и портреты российского президента,
ни один "соотечественник" даже носа не высунул на площадь. Уж тогда-то
русские общины дистанцировались от политики наглухо, как черт от ладана!

Давайте вдумаемся в эту ситуацию. Кишиневская пропаганда утверждает, что
"русских в Молдове больше чем в Приднестровье", и притом, что их намного
больше - в разы больше. В Приднестровье, как мы уже говорили, 80 000 человек
имеют российское гражданство, еще 150 000 желают его получить, итого 270 000.
Если в правобережной Молдове русских "намного больше", то почему их не видно
и не слышно? Неужели всем им безразлично, когда России безнаказанно плюют в
лицо? Сколько раз фронтисты пикетировали посольство в Кишиневе - и хоть бы
раз вышла с протестом хоть одна русская община? Нет, ни разу! Кишка у них
тонка. Один только Валерий Клименко (лидер движения "Равноправие" - ред.)
уже потом, когда все уляглось, заявлял, что вот, мол, он уж так хотел выйти,
так хотел, да только российский посол уговорил его этого не делать. Чуть ли не
за за фалды удержал - так и вижу эту картину: посол его держит, а он так рвется,
рвется... но не слишком сильно рвется - а вдруг тот не удержит? Ну, рвался-рвался,
потом успокоился. Вся эта история до неприличия комична и вызывает в памяти
известные строки, про то, как попрятались тараканы под диваны, а козявочки
под лавочки...

Ладно, струсили общины. И лидеры, и рядовые их члены. Не выступили, не хватило
духу. Но хоть бы заявление сделали какое-нибудь, хоть бы таким образом протестовали
- так ведь и этого не было! Вот вам уровень их работы, вот вам качество русских
общин в Молдове.

Зато, когда надо лизнуть начальство в известное место, лидеры бессарабских
общин даже в очередь не выстраиваются - буквально отпихивают друг друга,
стараясь отличиться. Еще и нас зазывают... Та же Лащенова при каждой встрече
интересуется у меня - мол, "а почему это вы к нам не приезжаете?".
В последний раз я уже открытым текстом объяснил ей - почему, и прямо сказал:
не приезжаем и приезжать не будем.

У нее ведь откуда возникло желание нас пригласить? Лащенова - это полностью
ставленник Воронина. А встречи руководства общин в Кишиневе проходят так: собираются
руководители, некоторое время общаются, а потом, без больших объявлений, туда
приезжает Воронин и выступает "перед русскими общинами". Понятно, что наше приглашение
им нужно было, чтобы потом сказать: вот, смотрите, на уровне общественных организаций
все идет хорошо, общественность обоих берегов сближается, и собравшись вместе
трепетно слушает выступление президента Молдовы, все только и мечтают об
объединении, одно лишь руководство в Тирасполе воду мутит. Собственно, такая
идея и является сейчас официальной доктриной Кишинева касательно ситуации в
Приднестровье. Вот Лащенову и попросили подыскать матерьяльцу для подтверждения.
Так что, как видите, "неполитизированность" русских общин Бессарабии весьма и
весьма относительна.

Что касается позиции посольства России по отношению к этим декоративным общинам,
то тут все зависит от посла. Петровского, насколько я понимаю, карманный формат
русских общин вполне устраивал. Зубаков, в одной из бесед со мной, отозвался о
них весьма нелестно - прямо сказал, что в русских общинах Молдовы идет борьба
за личную власть, и больше ничего там не происходит - но он очень уж недолго
пробыл в Кишиневе. Посмотрим, каким будет следующий посол."

Ну что ж, читатель, полагаю, с русскими общинами Молдовы все ясно. Но быть
может, ряженые "официальные русские" просто должны отвлекать внимание от
мощного движения в низах? Да и общины, возможно, не всегда были такими? И
потом, на одних общинах свет клином не сошелся - а что там политики? Общественные
деятели? Есть вообще в Молдове политики, провозглашающие своей целью защиту
прав этих самых "русскоязычных", говорящих, пусть и на очень плохом, но все же
на русском языке?

Молчание ягнят

Есть и такие политики, и околополитические деятели тоже есть - как им не быть?
Экологическая ниша, где можно сыскать хоть какой-нибудь прокорм, никогда не бывает
пуста. И даже довольно много их, таких. Для одних защита прав "русскоязычных" -
занятие постоянное, для других - случайный приработок, халтурка от случая к
случаю. В целом же, "пророссийские" политики Молдовы являют собой прелюбопытную
коллекцию. Тут уж буквально глаза разбегаются - не знаю, право, с кого и начать.
Пожалуй... Начнем-ка мы с Петра Михайловича Шорникова.

Последовательный противник унионизма, один из организаторов "Интердвижения",
автор нескольких книг и множества газетных публикаций, депутат парламента
Молдовы, ушедший затем в тень и фактически ставший жертвой запрета на любую
профессиональную деятельность, Шорников на короткое время всплыл уже при
Воронине, в качестве государственного чиновника - зам.директора Департамента
Национальных отношений, а затем исчез и оттуда... Видимо, не прижился - в
отличие от директора Департамента Татьяны Млечко, вполне смирившейся с ролью
живой декорации, демонстрирующей благополучные межнациональные отношения и
гражданский мир в Молдове.

Так вот, нынешним летом, на одном из семинаров, посвященных обсуждению плана
Белковского (не буду пересказывать суть этого плана - о нем очень много говорили
и писали последние полгода), Шорников выступил его яростным оппонентом. Причем,
с аргументами один-в-один повторяющими официальную версию Кишинева: фронтисты, мол,
являют собой ничтожное меньшинство, а большая часть населения Молдовы смотрит
в сторону России...

Такое заявление были бы понятно и уместно, к примеру, в устах представителя
многочисленной и влиятельной "русской фракции" в парламенте Молдовы. В
крайнем случае - от одного из лидеров "русской партии",хотя и не вошедшей
в парламент, но способной продемонстрировать свою мощь, выведя на улицу
несколько десятков тысяч своих сторонников, как это при каждом удобном
случае проделывают фронтисты, представляющие, якобы, "ничтожное меньшинство".
Ну хорошо - пусть не десятки тысяч. Пусть просто несколько тысяч сторонников
вывела бы на улицу эта гипотетическая партия, коль скоро она, по каким-то
уважительным причинам, не сумела попасть в парламент. Или хотя бы несколько
сот. Ну, ладно - не будем завышать планку - пусть несколько десятков. Хотя
даже... в конце концов, случается, что и один в поле воин - пусть она, эта
русская партия, или группа или компашка, или что-то там еще, что дает основание
г-ну Шорникому делать подобные заявления, хотя бы организует контрпикет из 3-5
человек во время очередного фронтистского шабаша у российского посольства. Не
всех же их, в конце концов, намертво держит за фалды российский посол, как
это приключилось с Валерием Клименко? Никак посол, будь он даже в прошлом
тяжелоатлет, не сможет держать их всех, силенок у него для этого мало, коль
скоро пророссийские настроения, как это утверждают и Шорников, и лидеры русских
общин Молдовы и кишиневская пропаганда разделяет большинство жителей Бессарабии...
Хоть кто-нибудь, да вырвется...

Но ничего этого нет. Есть только заявления Петра Михайловича Шорникова. Да и
те сделаны им вдали от Кишинева и его реалий - в Тирасполе.

А еще Петр Михайлович написал несколько книг о событиях конца 80-х и начала 90-х.
Книги хорошие, и, как свидетельство очевидца, несомненно, представляют собой
ценность. Пишет он в них и о том, как терроризировали русских в Кишиневе, как
боевики фронтистов избивали и запугивали своих противников - и рядовых граждан,
и депутатов ВС МССР... Одно только непонятно из трудов Петра Михайловича - отчего
же бессарабские "русскоязычные", столкнувшись с прямым насилием, ни разу не ответили
ударом на удар? Или даже поставим вопрос грубее: отчего приднестровцы смогли защитить
себя от фронтистской агрессии, а бессарарбцы - нет?

Как ни перебирай тут объяснения, какие версии ни примеряй, ответ в итоге
будет один: в распоряжении правобережных лидеров, и даже тех из них, кто
поначалу искренне хотел изменить ситуацию, был совершенно негодный материал.
Да и сами лидеры были изготовлены из того же теста...

Владимир Букарский, израильский журналист и политолог, уроженец Бендер,
вспоминал как-то в разговоре со мной, что после выборов 1994 года он говорил
с Шорниковым о кадровой политике. "Почему вы не берете под контроль СМИ:
телевидение, радио, государственные газеты?",- спрашивал он Шорникова. Аграрии
вас наверняка поддержат, так почему же вы не проведете в СМИ кадровую
антифронтистскую чистку, почему не выгоните всех, кого фронтисты насажали
туда в начале 90-х, не вернете на работу уволенных ими ваших сторонников,
которые и в профессиональном плане на две головы выше фронтистских креатур?
Почему?". "Это не наш метод",- ответил Букарскому Шорников.

Метод, действительно был "не их". Не по плечу он был бессарабским "русофонам".
Применение этого метода вызвало бы новую волну фронтистских митингов и
физических расправ, а ответить митингом на митинг, и, при необходимости,
насилием на насилие и ударом на удар, у бессарабских "русскоязычных" никогда
не хватало храбрости. В начале 90-х фронтисты избивали (а нередко - и убивали)
на улицах Кишинева прохожих, говоривших по-русски. Подобных историй я слышал
десятки - но ни разу не слышал о том, чтобы бессарабские русскоязычные, собравшись
толпой, сами пошли усмирять расходившихся фронтистов. Максимум, на что они
оказывались способны - это попробовать отбиться от нападающих в одиночку. Ни
о каком организованном сопротивлении бессарабцев ни тогда, ни позднее, вплоть
до настоящего времени, нет и речи. Более того, кое-кто из лидеров общин и
журналистов русских изданий даже восхваляет эту неспособность объединиться
и организовать сопротивление нацистскому беспределу и насилию. К числу таких
"голубиц", считающих инертность, трусость и беспомощность великой заслугой,
относится, к примеру, нынешний редактор "Кишиневских новостей" Майя Ионко,
мило воркующая о русских березках, но никогда не упускающая случая опубликовать
на своих страницах грязненькую статью, порочащую Приднестровье и приднестровцев.
Впрочем, не будем отвлекаться - ситуация в "русскоязычной" прессе Молдовы еще
будет нами внимательно рассмотрена.

Повышенное внимание, уделенное мной Петру Михайловичу Шорникову может быть
расценено как выборочная и необъективная критика в его адрес. Хочу оговориться
сразу - Шорников выбран мной как наилучший пример из всех имеющихся. Прочие
"русскоязычные" политики и общественные деятели, наличествующие сегодня в
Бессарабии, смотрятся несравненно хуже. Описывая их путь, в абсолютном
большинстве случаев придется вести речь уже не о политической несостоятельности
и академической оторванности от реальной жизни - грехи невольные и по-человечески
понятные, а о прямом, сознательном и оплаченном предательстве. Впрочем, повторю
еще раз: вешать на лидеров "русскоязычных" совсем уж всех собак все-таки несправедливо.
Им просто не на кого было опереться, ибо "массы", стоящие за ними, были абсолютно
неспособны ни к каким решительным действиям и при малейшем нажиме, просачивались
между пальцев, как известный продукт человеческой жизнедеятельности...

Во-о-от такая партия!

И уж совсем карикатурно смотрятся в Молдове сегодняшние "русские партии". Как и
в случае с Шорниковым, мы пойдем сверху вниз, начав наш обзор с самой достойной.
Это, безусловно, общественно-политическое движение "Равноправие". Возглавляет
его уже упомянутый Валерий Иванович Клименко, о чьих тесных связях с посольством
России я упомянул выше. И хотя специфический характер этих связей (см. опять-таки,
выше) заведомо исключает даже малейший радикализм и невзвешенность действий,
"Равноправие" остается самой что ни на есть радикальнейшей "русской" партией
Молдовы. Перед каждыми выборами, хоть общереспубликанскими, хоть местными,
ее лидер, В.Клименко, выступает в среднем с 3-4 критическими заявлениями,
касающимися положения русских в Молдове. Он также возобновляет, примерно на
месяц, выпуск одноименной с движением газеты (4 одноцветных странички формата
А3), посвященной популяризации себя. Хотя с равным успехом, наверное, мог бы этого
и не делать. Популярность "Равноправия" очень стабильна, и от выборов к выборам
держится практически на одном уровне - на уровне долей процента... В промежутках
между выборами о "Равноправии" обычно ни слуху ни духу - надо полагать, копит
силы в глубоком подполье...

Такова "русская партия" Молдовы Номер Один. Лучшая русская партия - безо всякой
иронии, заметьте. Все прочие - значительно хуже. Собственно говоря, даже просто
разглядеть их невооруженным глазом бывает ой как непросто...

Вечно вчерашние: союз бездарных с бессильными

"Знаете, господин обер-лейтенант, как назвал этот самый оккультист всю
панику с консервами? "Ужас нерожденного". Никак нет, господин обер-лейтенант,
я совершенно трезв."

Ярослав Гашек, Похождения бравого солдата Швейка

"Но от безденежных донов толку было мало. Им явно не хотелось драться, им
хотелось выпить и закусить".

Аркадий и Борис Стругацкие. Трудно быть богом

Отыскать в Молдове другие, помимо "Равноправия", политические формирования,
разыгрывающие "русскую" карту, хотя и непросто, но все-таки возможно. Нужно
только правильно выбрать время и место. Если до выборов далеко, то такие
поиски - пустое и вздорное занятие. А вот с началом предвыборного гона
картина меняется. И, поскольку сейчас в Молдове как раз и идет такой,
благоприятный для изучения "русских партий" гон - вуаля! Прошу любить и
жаловать: Союз граждан "Patria-Родина". Вот краткая справка о нем,
опубликованная агентством МОЛДПРЕС в начале мая:

Партия социалистов (ПСРМ), Социалистическая партия (читатель, будьте очень
внимательны! Не совершите ошибки, перепутав одну партию с другой! Они совсем-совсем
разные, хотя какая между ними разница, кроме фамилий вождей-социалистов, вам,
пожалуй, вот так сразу не скажет никто, включая и самих вождей. Впрочем, мы
еще исследуем этот вопрос - авт.), формирующаяся Коммунистическая партия и
организация "Новый комсомол" объявили о создании общественно-политического
союза граждан "Патрия-Родина" как "объединенной левой политической оппозиции
нынешней власти". В обнародованной декларации нового союза отмечается, что
его главная задача - "объединить граждан, которые осознали и признали факт
неспособности правящей ПКРМ выбрать правильную внешнюю и внутреннюю политику
страны, объединить республику в рамках общего государства с Приднестровьем,
остановить процесс социально-экономической деградации Молдовы и ее народа и
начать преобразования в стране, направленные на подъем экономики и постоянное
повышение жизненного уровня населения.

Прервем на минуту цитирование, чтобы задаться вопросом: как "формирующаяся
Комунистическая партия", то есть партия, не создавшая еще даже самой себя
(кстати говоря, "формирование" альтернативной компартии идет в Молдове уже
лет 7, и никакого прогресса не наблюдается) может участвовать в создании
чего бы то ни было еще? Поистине, только в Бессарабии такое возможно. Отметим
и другую важную деталь: новоявленный союз намерен добиваться объединения Молдовы
и Приднестровья. Вне зависимо от формы этого объединения позволительно спросить:
а зачем оно нам? Зачем Приднестровью вешать себе на шею Молдову, охваченную, по
утверждению самой же "Patria-Родина" "социально-экономической деградацией"? И
вообще, насколько организация, ставящая перед собой подобные задачи, может
быть признана дружественной Приднестровью? И еще - а кого, собственно, представляет
этот союз? Сколько людей состоит в образовавших его полуэфемерных партийках
и сколько избирателей готовы эту самую патрию с родиной поддержать? Тут самое
время продолжить цитату:

Как заявил председатель Социалистической партии Молдовы (СПМ) Виктор Морев,
"жизненные интересы республики и ее народа лежат не на Западе и не в Евросоюзе,
а на Востоке, в рамках нарождающегося Евразийского союза суверенных государств
на пространстве СНГ, основой которого будет Россия с ее неисчерпаемыми, в том
числе интеллектуальными, ресурсами. "Объединенная Молдова - с великой Россией!"
- таков девиз нового союза".

В парламентских выборах, которые состоялись 25 февраля 2001 года, СПМ
участвовала вместе с общественно-политическим движением "Forta Nou",
движением "Сперанца-Надежда " , Союзом труда, Центристским союзом Молдовы
и Партией социальной демократии "Фурника" единым избирательным блоком
"Альянс Брагиша". За блок проголосовали 212071 человек - 13,36%. (Еще
бы - "Фурника" тогда скупила кажется все рекламное время на всех каналах,
которые можно принимать в Молдове - ред.)

ПСРМ участвовала в парламентских выборах 2001 года в составе избирательного
блока "Единство", в который входили также Республиканская партия Молдовы и
Партия прогрессивных сил Молдовы. "Единство" набрало 7277 голосов, или
0,46% общего числа признанных действительными голосов."

Читаешь такое, и теряешься, не зная с чего и начать... Начну, пожалуй с
поразительной политической всеядности "близнецов-социалистов", отчетливо
высветившейся на выборах в 2001. Впрочем, такая неразборчивость никого не
удивила - крайняя степень политического проституирования отличала эти партии
всегда - на чьих только коленях не посидели их вожди... Двух других составляющих
этого союза: альтернативной компартии и "Нового комсомола", просто - напросто
нет в природе - ни физически, ни юридически. Есть десяток странноватых личностей,
занятых непонятной и бесплодной суетой. Назвать какие-либо политические
формирования с которыми социалисты вступили в союз в 2001 году "прорусскими"
не поворачивается язык. Впрочем...а насколько сама "Patria-Родина" может быть
хоть в какой-то степени названа "прорусской" или хотя бы "пророссийской"?

По зрелом размышлении приходится признать, что для таких заключений нет ни
малейших оснований. Тот факт, что по мнению Морева "жизненные интересы" Молдовы
"лежат не на Западе и не в Евросоюзе, а на Востоке" сам по себе не означает
ровным счетом ничего. В конце концов, и Адольф Гитлер думал примерно также,
ища в России "жизненного пространства" - но мы же не зачисляем его на
этом основании в "пророссийские политики"? Прибегая к более грубой аналогии:
мы не разводим у себя дома комаров, клопов и прочих кровососущих насекомых,
хотя они очень нуждаются в людях, вне всякого сомнения видят в них средоточение
своих жизненных интересов, и даже, возможно, по своему людей любят... А если
бы они могли вступать друг с дрругом в политические союзы, то, вполне возможно,
выступали бы под лозуном "Объединенные кровососущие - с великим и прогрессивным
человечеством!". Желающие могут поискать приципиальные отличия этого лозунга
от девиза нового союза - см. выше.

Позвольте, - возразит мне иной читатель. Мы же, вроде бы, собрались рассмотреть
проросийские партии, и о "Patria-Родина" заговорили именно как о пророссийском
союзе. А тут вдруг оказывается что он вовсе никакой не пророссийский. Это
передергивание. Раз "Patria-Родина" не пророссийский союз - так нечего о нем
и говорить. Давайте-ка сюда по-настоящему пророссийские партии!

И рад бы поговорить о них - но ничего более пророссийского, чем "Patria-Родина"
и уже упоминавшегося "Равноправия" в Молдове просто нет! Все остальные
политические формирования в той или иной степени засветились на прямых антироссийских
и антирусских националистических заявлениях. А уж о Приднестровье эти остальные
говорят не иначе, как о "криминальном анклаве сепаратистов",и это, кстати сказать,
еще самое мягкое определение. Однако тот факт, что все остальные политические
силы Молдовы нам прямо враждебны еще не означает, что политические карлики,
пытающиеся выклянчить немного денег на свою избирательную кампанию нам друзья.

Бесполезность "друзей" вроде "Patria-Родина" и "Равноправия" очевидна.
На случай, если у кого-то из читателей на сей счет еще остаются сомнения,
перечислю по пунктам, почему это так.

- Эти партии не пользуются не то чтобы широкой, но и вообще никакой поддержкой
избирателей. Они набирают на выборах доли процента и не способны вывести на улицу
даже десяток своих сторонников. Они не представляют ни граждан Молдовы как
таковых, ни "русскоязычных", которых, по утверждению кишиневской пропаганды
"в Молдове больше чем в Приднестровье".

- Эти партии эфемерны, число лиц, состоящих в них практически равно числу их
лидеров.

- Являясь, по сути малыми коммерческими предприятиями "русские" партии Молдовы
на практике решают только одну задачу - поиск финансирования для саморекламы
своих вождей. Именно в рамках такого поиска они и выдвигают лозунги "сотрудничества
с Россией". Однако "сотрудничать" с кем бы то ни было, то есть быть не халявщиком, а
партнером, эти формирования не могут в принципе, по причинам, перечисленным выше.
Максимум на что они способны - выпросить в Москве (или в Тирасполе) некоторые средства
и "освоить" их - без какой-либо реальной пользы для финансирующей стороны. А пользы
этой и не может быть, поскольку реальным влиянием "партии" не обладают.

По большому же счету, их лидеры даже не утруждают себя ложью - ни своим
потенциальным спонсорам, ни избирателям. И причина тут вовсе не в избытке
честности. Просто нет в "русских" партиях интеллектуального ресурса, а потому
наши герои не в силах ни построить серьезную идеологическую конструкцию,
ни хотя бы сымитировать ее приличном на уровне. Смысл их обращений при
внимательном прочтении абсолютно очевиден и сводится к слову "дай". "Мы очень
хотим жить у вас на содержании,- апеллируют они к "великой России" и "братскому
Приднестровью", - дайте же нам денег на выборы"" А лозунг, обращенный к избирателю,
по смыслу звучит примерно так: голосуйте за нас и мы будем клянчить деньги у
России за нашу с вами к ней любовь.

До самого последнего времени в России выделялись, а возможно и сейчас выделяются
средства "на работу с соотечественниками". Раз выделялись - значит, российские
чиновники, ответственные за их распределение, должны были эти средства "осваивать".
А как прикажете их освоить? Ну ведь некому их давать в "признанной Молдове", совсем
некому, а с "непризнанным Приднестровьем" особо дружить было не велено, дабы не
омрачать дружбы и братства с Кишиневом. Совершенно тупиковая же ситуация: в
Кишиневе дружить и брататься решительно не с кем, а начальство велить: дружи!
Вот и приходилось искать "друзей", а никого лучшего перечисленных партий в
Молдове не было и нет... Признать же тот факт, что в бывшей республике СССР
Россию никто уже давно не любит, не рассматривает как долговременного союзника,
не испытывает культурного, духовного, языкового родства с ней, а лишь норовит
просто использовать в своих собственных интересах, россиянам психологически
очень трудно, почти невозможно. Все-таки стереотипы СССР еще крепко вбиты в
российские головы, а в вопросах понимания межнациональных отношений жители РФ,
что чиновники, что простые граждане в массе своей девственно-невежественны, и
ухитряются наступать даже на такие грабли, которые, казалось бы, лежа
0