Приглашенным, в их числе - министру сельского хозяйства Анатолию Городенко, замминистру Иону Пержу, председателю Национальной федерации фермеров Василию Мырзенко, был представлен краткий обзор этого очень объемного документа, подготовленный экспертами ВБ.Авторы обзора отмечают, что за 25 лет, минувших с момента публикации предыдущего доклада о мировом развитии, посвященного проблемам сельского хозяйства, в этой сфере произошли кардинальные перемены. Составными элементами новой ситуации стали, с одной стороны, новые возможности, с другой — новые риски. Последние вызваны глобальными изменениями климата, ухудшением состояния окружающей среды, растущей конкуренцией за землю и воду, повышением цен на энергию и неясными перспективами относительно темпов внедрения новых технологий. В результате, более чем 800 млн. человек по-прежнему не гарантированна продовольственная безопасность. И более того, сельское хозяйство оказывает пагубное воздействие на экологию (является основной причиной истощения подземных вод и почв, источником агрохимического загрязнения и генератором примерно 30% от общего объема выбросов парниковых газов). Эти риски крайне затрудняют способность прогнозирования. Однако доклад содержит экспертное мнение: чтобы удовлетворить прогнозируемый спрос, в период с 2000 по 2030 гг. необходимо будет увеличить производство зерновых почти на 50%, мяса — на 85%. Все это — без учета растущего спроса на сельхозсырье для биотоплива. К производству биотоплива у авторов доклада двойственное и даже критическое отношение. Лишь некоторые из нынешних программ производства биотоплива экономически выгодны, но многие сопряжены с негативными социальными и экологическими последствиями — ростом цен на основные продукты питания и сведением лесов. Поэтому, как считают авторы доклада, необходимо увеличить государственные и частные инвестиции в научные исследования, чтобы разработать более эффективные и устойчивые технологии производства биотоплива на основе иного сырья, нежели продукты питания.Еще один - в некотором смысле неожиданный - вывод доклада: к росту цен приводит и ликвидация торговых барьеров. Так, «в случае полной либерализации торговли международные цены на сельскохозяйственную продукцию, как ожидается, возрастут в среднем на 5,5%, тогда как на хлопок — на 21%, а на масличное семя — на 15%». От реформ одни проигрывают, другие выигрывают. От подорожания агропродовольственной продукции пострадают «нетто-покупатели» - крупнейшие группы бедных жителей сел в таких странах, как Боливия, Бангладеш, Бурунди, Руанда, Нигер. Зато получат какую-то долю выгоды «нетто-продавцы» - бедные фермеры Камбоджи, Таиланда, Вьетнама, Бразилии. Неоднородность — одна из главных современных особенностей сельскохозяйственных стран и регионов. По доле аграрного сектора в ВВП, количеству сельского населения, занятости в сельскохозяйственном производстве и другим признакам, авторы доклада сгруппировали страны мира в три категории: аграрные (страны Африки южнее Сахары, Албания, Молдова, Киргизия), переходные (многие страны Северной Африки, Индия, Китай, Румыния), урбанизованные (многие страны Европы, обеих Америк и Центральной Азии). Три четверти бедного населения мира проживает в сельской местности развивающихся стран, большинство из которых располагает экономиками первых двух типов. Однако во всех странах сельское хозяйство играет особую роль в сокращении массовой бедности. Так, согласно оценкам доклада, «рост ВВП, обусловленный ростом сельского хозяйства, по меньшей мере, вдвое эффективнее способствует сокращению бедности, нежели рост ВВП, полученный за счет других отраслей». А, например, в Китае — эффективнее в 3,5 раза, странах Латинской Америки — в 2,7 раза. Благодаря этому свойству именно сельскому хозяйству авторы доклада выделяют главную роль в процессе достижения цели развития, обозначенной в Декларации тысячелетия: сокращение вдвое к 2015 году глобальной доли населения, страдающей от голода и нищеты.Для того чтобы сельское хозяйство стало двигателем экономического роста в аграрных странах, необходимо революционное повышение продуктивности (урожайности основных культур) мелкотоварных крестьянских хозяйств. С этой целью авторы документа рекомендуют расширить крестьянам доступ к активам, из которых основными являются земля, вода, человеческий капитал. Для увеличения массы активов необходимы значительные государственные инвестиции в орошение, здравоохранение и образование. Однако, в настоящее время в аграрных странах госрасходы на сельское хозяйство очень малы (составляют в среднем 4% от ВВП, тогда как в странах с переходной экономикой — около 10%). Повторяющиеся продовольственные кризисы побуждают правительства и доноров отдавать предпочтения прямому субсидированию и поставкам продовольствия, а не инвестициям в повышение доходов и продовольственной безопасности. Отмена специальных кредитных линий в государственных и донорских программах в некоторых аграрных странах «привела к зияющим пробелам в спектре финансовых услуг».Тогда как качество других госрасходов оказалось низким из-за коррупционной составляющей или ущерба экологии. В отдельных аграрных странах на долю неоправданных субсидий приходится до половины государственных ассигнований на сельское хозяйство.В странах с переходным типом экономики основным источником проблем является быстро увеличивающийся разрыв в уровнях доходов между городским и сельским населением, а также между сельским «новым агробизнесом» и мелкотоварным фермерством. Для решения проблемы неравенства авторы доклада рекомендуют осуществить переход к производству высокодоходной сельхозпродукции, к несельскохозяйственной деятельности, к эффективной трудовой миграции в города. «Для хорошо подготовленных, обладающих определенной квалификацией сельских работников миграция может стать путем повышения доходов, тогда как для прочих она может просто означать перемещение бедности в города». Впрочем, как утверждают авторы доклада, «сокращение масштабов бедности сельского населения более чем на 80% обусловлено улучшение положения в сельских районах, а не миграцией». Но чтобы присоединиться к категории победителей в «революции супермаркетов», фермерам надо ассоциироваться и соблюдать жесткие санитарные стандарты в отношении продуктов садоводства, огородничества и животноводства.В урбанизованных странах вклад сельского хозяйства в обеспечение экономического развития менее выражен, но и там до 45% сельского населения относительно бедны. Поэтому и для этих стран актуальна задача повышения устойчивости сельского хозяйства. И, надо полагать, еще более актуальна задача превращения этого сектора в поставщика экологических услуг. Для этого рекомендуется, наряду с прочим «снижать стимулы к нерациональному использованию ресурсов, таких, например, как субсидии на выращивание влаголюбивых культур». Весьма любопытно трактуется в документе проблема платы за экологические услуги. В частности, «экологическая сертификация продукции … позволяет потребителям платить за устойчивое регулирование природопользования».Читая обзор Доклада о мировом развитии 2008 «Сельское хозяйство на службе развития» я много раз отметил, что многие его идеи, выводы и рекомендации фигурируют и в документах, недавно принятых в Молдове. Например, в концепции субсидирования и Национальной стратегии устойчивого развития АПК. В них есть все: и отказ от сомнительных субсидий, и упор на инвестиционные субсидии развития, и приоритетность производства сельхозпродукции с высокой добавленной стоимостью, и устойчиво-экологический уклон, и развитие человеческого капитала. И даже ориентация на поддержку малых и средних предприятий, что удивительно. Ведь совсем недавно элита агробизнеса предлагала властям сделать ставку на крупные предприятия — локомотивы экономического роста, и в министерствах с этой идеей соглашались. Доклад ВБ улучшает понимание процессов, происходящих в сельском хозяйстве, в т.ч. и в Молдове. Только некоторое высокопоставленные читатели документа в кулуарах выразили разочарование в связи с тем, что он низводит Молдову в разряд аграрных стран. А ведь она находится намного выше Сахары.